Кровавая весна  - Дем Михайлов

— Так я и знал, — тяжело произнес я. — Кровь из носу это упущение надо исправить, Койн. Случись нам отступать под землю, мы не сможем бросить доверившихся нам сгархов.

— Этого не будет, — проворчал гном, стискивая кулаки. — Ни одного не бросим! Если придется, будем рубить камень день и ночь напролет, но сгархи смогут спуститься к озеру! Это все, друг Корис?

— Да. Койн, чем быстрее вы все приготовите, тем лучше себя будет чувствовать мое ледяное сердце. Поторопитесь!

Прислушиваясь к нашему разговору, Алларисса усиленно строчила магическим пером, умещая мелкие строчки на пожелтевшем листе раскрытой книги. Летописец выполнял свою работу с достойным похвалы прилежанием.

— Рикар, — переключился я на здоровяка, — ты и без меня знаешь, что делать. Все должно быть готово. Стражу утроить! Охотников по возвращении запереть в поселении и никуда не выпускать. То же самое касается всех, включая сгархов! С этого дня, с этого часа, с этого мига поселение на замке. И пока я не разрешу, даже курица не покинет его пределов! Тебе понятно, Рикар?

— Будет сделано, господин!

— Тезка! — я не желал терять времени и буквально выстреливал приказами. — По моему первому сигналу, ты и твои люди займутся спуском всех женщин, детей и стариков вниз! И когда я отдам такой приказ, то хочу видеть его быстрое и четкое выполнение. Хочу видеть вереницы спокойных людей, подходящих к колодцу и спускающихся вниз. Чего я не хочу видеть, так это беготни, суеты и спешных метаний с узлами одежды и прочим скарбом. После того как спустится последний человек, гном и сгарх, ты приступишь к выводу и спуску наших животных. Сегодня же начни перенос запасов провизии, вещей и корма для животных вниз. Особо таскать нечего, но я не желаю дарить проклятым шурдам ни единого клочка нашего мяса! Приступай! Древин, Дровин!

— Да, господин! — хором рявкнули братья. Как всегда, их басовитые и неторопливые голоса вернули мне часть утраченного спокойствия.

— Вы знаете, что делать, — коротко произнес я. — Особенное внимание уделите пристройке. Добавьте камней, подоприте крышу, усильте дверь. Если шурды прорвутся во двор, пристройка станет нашим последним укреплением. Так уже было. Вы знаете все слабые места.

Я до сих пор живо помнил, как сквозь крышу провалился сгарх… давно это было, но воспоминания ничуть не поблекли.

Больше указаний братьям не было, и они поспешили прочь, следуя за уже спускающимися Рикаром, тезкой и Койном.

— Вы звали меня, господин, — без запинки выговорил Стефий, поймав на себе мой пристальный взгляд.

— Звал, — кивнул я. — Стефий, помнишь, как ты сплющил костяного паука? Один хлопок в ладоши, и твари нет. А если на твоем пути встретится описанный выжившими беженцами проклятый ком мертвой плоти? Ты сможешь повторить этот удар? Если да, то на каком расстоянии от нежити это сработает?

— Н-не смогу, — Стефий понурил голову. — С пауком еще справлюсь, господин. А вот с той тварью, про которую люди говорили… тут что-то другое. Но если встречу, то не отступлю! Сделаю, что могу!

— Ясно, — с тяжким вздохом подытожил я. Еще одна надежда угасла, толком не разгоревшись. — Что с запасами цветка Раймены?

— Его много, — взбодрился послушник. — Очень много мы с отцом Флатисом собрали!

— Подели запасы цветка пополам, — велел я. — Часть подними на стену и разложи по ящикам так, чтобы всегда у тебя под рукой был запас. Вторую часть спусти к началу подземного коридора. Когда я скажу, освятишь проход и развеешь там Раймену. Чтобы для нежити каждый шаг словно по огню святому был, чтобы при каждом шаге их обжигало люто! Понял меня, Стефий? В этом деле только на тебя надежда! Сумеешь?

— Сумею! Но…

— Но?

— Если так сделаю до того, как вы спуститесь, господин… вы не пройдете, — твердо произнес Стефий. — Святая Раймены зло не жалует, а вы…

— А я зло, — хмыкнул я. — Понятно. Про меня не думай. Как только приказ отдам — сразу приступаешь.

— Я сделаю все, что в моих скромных силах, господин. Уповая на Создателя Милосердного, — склонил вихрастую голову послушник.

— Ступай, — вздохнул я.

И вздохнул еще раз, глядя на тощую спину паренька. И это моя надежда. Мой посредник в общении с Создателем. Впору пожалеть об отсутствии сурового священника Флатиса. Будь он здесь, я бы куда спокойней себя чувствовал. Или уже ничего бы не чувствовал, превратившись в развеянный по воздуху прах… отец Флатис и впрямь суров и беспощаден к таким, как я.

— А ты чего ждешь? — обратил я внимание на девушку.

— Не переживай так, — тихо произнесла она. — Не взваливай весь груз на себя. Пусть спина крепкая, но может и переломиться.

Лишь хмыкнув, я взглянул на заснеженную вершину Подковы и попросил:

— Скажи нашему хозяйственнику, чтобы не забыл приберечь для меня побольше льда и снега. Если придется спускаться к подземному озеру, то как бы не растаял я там.

— Передам.

— Как там наша библиотека?

— Все полки готовы. Книги расставлены, — коротко отчиталась Алларисса. — Детских почти нет. Я уж думала, ты и не поинтересуешься. Думала, забыл ты…

— Скорее замотался, — ответил я. — Пока выжигал гнездилища шурдов, было не до чтения. За обустройство библиотеки хвалю. Как минует темная пора, будет тебе от меня подарок. А сейчас беги в тепло.

Я не хотел отпускать замершую девушку так рано. Хотел расспросить о прочих делах. Послушать сплетни. Узнать досужие темы для разговора. Но увидел поднимающегося на стену Койна и решительно прервал разговор, понимая, что гном не просто так забрался на стену столь скоро после нашего последнего разговора.

— Захочешь почитать — скажи, — напоследок сказала Аля. — Я все книги знаю. Там и древние легенды есть. И про Западные Провинции пара фолиантов.

— Хорошо, — кивнул я, вовремя спохватившись и не став улыбаться. Улыбка у меня далеко не приветливая, да и теплой ее никак не назвать. Уж лучше продолжать сохранять неподвижную ледяную маску на лице.

— Койн? — удивленно шагнул я навстречу гному. — Случилось что?

— Нет, — успокаивающе взмахнул он короткопалой рукой. — Не случилось. Но услышал я от мальчонки Стефия, что хочешь ты рассыпать Раймену в подземном проходе.

— Хочу, — признал я с недоумением. — А что такое? Гномам от нее вреда не замечал.

— Не надо этого делать, — абсолютно серьезно произнес гном. — Ни в коем случае! Каменный Отец не потерпит вмешательства, разгневается. Если не хочешь видеть рушащиеся тебе на голову валуны, друг Корис, отмени свой приказ.

— А вот с этого момента поподробней, друг Койн, — насторожился я. — Каменный Отец? Это ведь ваш…

— Наш бог, — кивнул гном. — Что всегда и во всем защищает нас своей каменной дланью. Там, внизу, на берегу озера, построен в честь его храм. Там приносим мы молитвы свои. Молим о благословении и защите, о крепости камня и умелости рук. Отец наш добр и благосклонен, но вмешательства не потерпит, друг Корис. С тех пор как построен храм, под подножием Подковы простерлась длань его огромная. На ней стоим мы, на ней живем, на ней же и умираем.